ГЛАВНАЯ
ВОРОБЬЕВСКИЙ
КНИГИ
ФИЛЬМЫ
ПРОДУКЦИЯ
Интервью Ю. Воробьевского Самарскому православному журналу «Лампада».



«НЕТ НИЧЕГО ТАЙНОГО, ЧТО НЕ СДЕЛАЛОСЬ БЫ ЯВНЫМ . . . »



Юрий Воробьевский представляет свою новую книгу «Бедлам».


Эти евангельские слова (Мк. 4, 22) могли бы стать эпиграфом ко всему творчеству известного Православного писателя Юрия Юрьевича Воробьевского. Его книги, диски раскрывают нам многие «тайны беззакония», которые спрятаны от глаз широкой общественности, но о которых нужно знать Православным людям, чтобы уметь противостоять им. Вот почему его книги вызывают такой интерес у читателей. И уже несколько лет подряд его приезда в Самару на Православные выставки-ярмарки с нетерпением ждут сотни Православных самарцев. Вот и в этот раз на декабрьскую выставку-ярмарку «Православная Русь» Юрий Воробьевский приехал со своей новой книгой. У книги этой необычное название — «Бедлам». Наше интервью состоялось как раз перед презентацией этой книги на Православной выставке в Самаре.

Бедлам вместо Вифлеема?


— Слово Бедлам имеет своим происхождением искаженное святое слово — Вифлеем, — рассказывает Юрий Воробьевский. — Случилось это так: в Лондоне в старину существовало Вифлеемское аббатство. Мы хорошо знаем, как это бывало, когда монастыри превращались в психиатрические лечебницы: в ХХ веке в СССР такое случалось часто. Но в Англии этот процесс начался гораздо раньше, еще в XVI веке. И как-то очень уж знаково это произошло, что на месте аббатства был создан сумасшедший дом. А название этого сумасшедшего дома стало филологическим искажением евангельского слова «Вифлеем». И так постепенно Вифлеем превратился в Бедлам, и в таком искаженном виде это слово стало символом хаоса, безумия, сумасшествия… Это своего рода магическое наведение безумия на народ, который не ведая смысла этого зловещего искажения употребляет слово «бедлам» в противоположном евангельскому значении. Ведь в Вифлееме родился Спаситель Христос. В Вифлееме родился Царь Давид… Дьявола не случайно называют великим пародистом Вселенной, «обезьяной Бога»… Вот и Вифлеем стал под его воздействием Бедламом, стал символом безумия, а не символом света, спасения, радости… И в этом искаженном, пародийном Вифлееме — Бедламе — тоже должен родиться некто. Кто он будет? Начальник глобального сумасшедшего дома? Я думаю, это будет «человек греха, сын погибели» (2 Фес, 2,3), с которым ад подпишет контракт на очень длительный срок, но в силу форс-мажорных обстоятельств контракт закончится через три с половиной года…

— Интересно, что похожая подмена произошла даже с самим Сладчайшим Именем Господа нашего Иисуса Христа. Члены католического Общества Иисуса стали зваться иезуитами. И особенности этой довольно закрытой организации, их в чем-то ошибочные действия и специфическая идеология постепенно наложились на это название. Понятие «иезуиты» оторвалось от начального смысла и стало символом лукавства, двуличия, тайных недобрых целей… Про хитрого и неискреннего человека могут сказать — он иезуит… А ведь в основе этого слова имя Бога — Иисус! И сегодня запросто можно услышать, как даже верующие люди искаженное святое имя Богочеловека Христа употребляют в отрицательном значении… Но вернемся к Бедламу-Вифлеему.

— В нашу речь давно и очень широко вошли такие слова, которые мы то и дело произносим, но по сути оставляем без внимания. По любому поводу говорим: сумасшедший, безумный, шизоидный, придурочный… Мы настолько привыкли к таким словам, что они стали фоном нашей жизни. То и дело слышишь в обычной речи психиатрические термины.

Что такое психополитика?


— А ведь в Евангелии говорится: кто скажет на брата своего «безумный», подлежит геенне огненной (см. Мф. 5,22).

— В свое время великий драматург Шекспир сказал: «Мир — театр, и люди в нем актеры». Так мог сказать именно драматург, по сценарию которого на сцене разворачивается действие. Но сегодня чаще говорят так: мир — это сумасшедший дом. И многие этому верят. А подтверждение этому — наши постоянные слова из области психиатрии, просочившиеся в бытовую речь. Но кто же так может сказать? Наверное, врач-психиатр. Последние конспирологические изыскания показывают, что существуют некие закрытые элитарные организации в Нью-Йорке, в Лондоне, в других крупнейших центрах мировой политики, в которые входят не только влиятельные политики, бизнесмены, но и руководители Всемирной психиатрической ассоциации. И высказывания этих деятелей звучат пугающе, а смысл их сводится к тому, что психиатры и психиатрия должны захватить все новые плацдармы, войти как пятая колонна во все сферы общества, в итоге заменить собой религию, и многое другое. Психиатрия сегодня пытается заменить собой Христианский институт духовничества. Психиатрия уже влезает в самые интимные сферы человеческой жизни и пытается руководить повседневной жизнью многих людей.

Лондонский Бедлам (бывшее Вифлеемское аббатство). Современный вид.


Что это нам несет на практике? О том, что происходит в наши дни, мы наверняка узнаем чуть позже. А вот что происходило раньше, в шестидесятые, семидесятые годы прошлого века, сейчас нам становится уже хорошо известно. И что мы видим? Многие ведущие политики Запада, вплоть до некоторых президентов США, употребляли наркотические препараты или препараты, применяемые при психических болезнях (разница между ними довольно-таки размытая). Например, у президента США Джона Кеннеди была болезнь Эдисона, а эта болезнь связана с душевным повреждением. Ему постоянно кололи так называемый «ускоритель», который повышал его тонус. Был у него даже специальный врач, которого Кеннеди звал «доктор оптимизм». Родная сестра президента была психически больной, а после лоботомии и вовсе превратилась по сути дела в «растение». Среди представителей мировой политической элиты далеко не только Кеннеди страдал серьезными психическими расстройствами. Этот список можно множить. Значит, кому-то было нужно продвигать на высоты политической жизни людей с нездоровой психикой? Мы вправе говорить даже о таком явлении, как «психополитика». Это когда сильные мира сего оказываются зависимыми от психиатров и психиатрии, а последние используют свое влияние на политиков в своих, только им известных целях.

— Немало страниц в вашей новой книге посвящено всевозможным средствам психотропного воздействия на людей, манипуляций с сознанием масс…

— И все же я глубоко убежден, что человек молитвенно защищенный отнюдь не является легким объектом для психотропного «оболванивания». Когда в Москве проходили концерты американского «мага и чародея» Дэвида Копперфильда, ему было непросто у нас проводить свои сеансы. Когда в зале присутствовали священники, когда батюшки молились в зале, у мага срывались отдельные трюки, и он даже отменял или переносил на другие дни некоторые свои выступления…

— Есть такое мнение в церковной среде: когда Христианин занимается «тайной беззакония», это может оказать воздействие на личность исследователя. Даже если он этим занимается с самыми благими намерениями. А вы не боитесь, что все эти «бедламы» как-то проникнут уже в вашу жизнь и будут воздействовать на нее изнутри?

— Конечно же боюсь, если уж прямо говорить… Боюсь за своих четырех детей, за жену, да и за себя тоже. Потому что понимаю: как только мы дадим слабину — мы ведь люди грешные — пойдут ответные удары от той черной сущности, которую я назвал в одной из своих книг «Террористом номер «ноль»… Я эти удары, к сожалению, пропускаю. Доходят они порой до нас, и очень болезненные… Возникают тяжелые ситуации, которые никак иначе, кроме как наваждением, назвать невозможно. Но спасает то, что за меня молятся многие Православные - от Афона до Дудинки… Если бы не эта духовная защита, кожей чувствую: я давно уже вместе со всеми своими близкими людьми был бы распылен на атомы.

— От ваших книг у кого-то может создаться впечатление, что зло настолько сильно, настолько уже «все схвачено», что и бороться-то невозможно…

— Это неправильное представление! Я очень переживаю, когда слышу от людей мнение, что мои книги создают у них такое неправильное впечатление. В то же время я не устаю предупреждать, что не всем может быть полезно чтение моих книг. Есть люди с расшатанной психикой, чрезвычайно впечатлительные. Им не надо открывать мои книги. Я допускаю, что есть категория людей, которым мои книги могут принести вред, а не пользу. Есть ведь люди вполне воцерковленные, хорошие Православные люди, но которые находятся в духовном и психическом «пограничном состоянии». Но многие люди мне говорят противоположное, говорят, что их мои книги как раз «бодрят». Учат трезво смотреть на реальность, на многие современные явления открывают глаза. И мы не должны забывать достаточно странное (но только на первый взгляд!) выражение в Апокалипсисе, что в «озере, горящем огнем и серой» уготовано место чародеям и боязливым (См. Откр. 21, 8). Видите, какое странное сочетание? Чародеям — и боязливым… Ну, с чародеями понятно, хуже их не бывает людей. А боязливые-то почему? Но вот так сказано в Священном Писании! И это слово Нового Завета про боязливых людей, которым уготована погибель в огненном озере вместе с чародеями, неверными, скверными, убийцами, идолослужителями, лжецами и любодеями, я обращаю к тем Христианам, которые начинают неоправданно трепетать перед якобы несокрушимой силой зла. Порой люди настолько недооценивают силу Божию, что пугаются сил зла… Почему, например, моя книга о современных масонах «Пятый ангел вострубил» вызвала такую бешеную реакцию в этих кругах? Да потому что книга написана во многих местах с иронией. Я показал, что этот их пресловутый Геракл, который является символическим образом «могущества ордена» — Геракл, потрясающий мышцами, — это лишь виртуальный символ. А на самом деле, когда масоны снимают свои регалии, они нередко оказываются жалкими закомплексованными людьми. В стае они из себя что-то еще представляют, а по одиночке эти люди - лишь жалкое игралище демонических сил. Когда я пишу о наших духовных противниках, то сознательно не жалею иронии. Тем более, что поводы для этого они дают.

«По натуре я — одиночка»


— Вы как большинство писателей — «одиночка» в своей деятельности?

— Психологически я, наверное, представляю из себя тип одиночки. Когда я раньше был на телевидении руководителем каких-то подразделений, меня это тяготило. И во время работы в ТАСС, и на телевидении для меня лучше всего подходила должность обозревателя. Когда я отвечал только за свои тексты, а не за подчиненных, не за других людей. Сейчас я уже давно нахожусь в свободном полете. Так что быть одиночкой для меня давно уже естественное состояние. И в своем приходском храме я просто рядовой прихожанин. Я прихожанин храма в честь Живоначальной Троицы в Останкино, — рядом с телебашней находится наш храм.

— Как происходит рождения замысла новой книги?

— Стихийно, спонтанно. Порой бывает так: зацепляешься за какое-то яркое название, понимаешь, что это название соответствует какому-то духовному процессу… И начинается работа.

Синдром личного психиатра


— У вас были какие-то контакты с психиатрией и психиатрами?

— Я несколько раз общался по работе с известным профессором института имени Сербского Федором Викторовичем Кондратьевым. Он к своим пожилым годам стал воцерковленным человеком. Ведь в профессиональной деятельности он сталкивался не раз с феноменами, которые невозможно объяснить иначе, как только воздействием сугубо духовных сил. Именно к нему на экспертизу посылают всевозможных серийных убийц, маньяков… Он ставил диагноз Чикатило, Головкину, убийце трех оптинских монахов Аверину. Все такие вот люди проходят через него. И насмотревшись на них, вдумчивый человек должен был рано или поздно понять, что существует не просто какой-то психиатрический феномен, а существует духовный мир, который влияет на человека. Влияет на поведение не просто «голосами», звучащими в мозгу, но и прямым проявлением своей воли, которая порой жестко навязывается больному. В психиатрии эти все проявления известны как синдром Кандинского-Клерамбо, Когда человек под воздействием некой внешней воли совершает преступление… Но только Православные люди отчетливо понимают, что это за «воля», а главное, как ей противостоять. Ведь не уколом же в мягкое место решается эта проблема?..

Картинка из жизни Бедлама. Старинная английская гравюра.


Сегодня психиатрию вряд ли можно назвать наукой, а скорее - феноменологией. Там чаще всего собирают всякие духовные феномены, без понимания того, что они имеют духовное происхождение. Психиатры могут как-то повлиять на больного электрошоком, уколом, чем-то еще, но до сути вещей они не добираются. А многие даже и намеренно не желают добираться до сути. Ведь не случайно считается, что психиатрия одна из самых обезбоженных дисциплин в мировой медицине. И очень неприятные для нас антихристианские высказывания доносятся порой именно от верхушки мировой психиатрии.

— В советские годы верующие люди с активной жизненной позицией нередко оказывались «под подозрением» у психиатров. Особенно это касалось немногочисленных деятелей религиозного диссидентского движения.

— Это частное проявление глобальной тенденции. Когда психиатрия хочет добраться до всего, всему давать свои оценку, все контролировать, она обязательно встретится и с религией как со своим противником. А психиатрия сегодня уже добралась до детей — вслед за Фрейдом, который считал, что все психические проблемы закладываются еще в раннем детстве… Мы много читали о так называемой «карательной психиатрии» в СССР, — что было, то было — и отголоски этого остаются до сих пор. И все же я думаю, что у нас в России дело не зашло настолько далеко, как на Западе. Ведь там уже сейчас каждый более-менее денежный и влиятельный человек имеет своего личного психоаналитика или личного психиатра. Там уже провозгласили, что «каждый враг каждого» — и поэтому у каждого есть личный адвокат (это очень выгодная там специальность). Каждый подозревается в сумасшествии и потому каждый имеет своего личного врача-психиатра. Вот уж действительно, глобальный сумасшедший дом какой-то! Каждый человек, который может платить (ведь вся эта психотерапевтическая сеть отчасти еще и коммерчески прибыльное дело), платит психиатрам, психоаналитикам того или иного уровня, под стать своим доходам. Эти психиатры стали псевдодуховниками современных европейцев.

Православный конспиролог


— Вы черпаете сведения о жизни западных элит из личного опыта общения или больше из книг, из интернета?

— На многое мне раскрыло глаза общение с моим соавтором книги о масонстве «Пятый ангел вострубил…» Елена Соболева — ее псевдоним, по понятным причинам ее имя нет нужды называть. Она общалась с высшим эшелоном мирового масонства. И рассказала мне много интересного об этих людях. От нее и из других источников я узнал о тех родовых грехах, которые ими из поколения в поколения копились, и о черных инициациях, которые там происходят… Все это приводит к тому, что люди эти наделяются черными феноменальными способностями. Недаром фамильные гербы зарубежной элиты нередко изображают ваверн (как у Черчиллей) и других чудищ явно инфернального происхождения…

— А эти темные структуры не пытались с вами как-то выстроить диалог?

— Такое было лишь в самом начале… Когда я брал первые интервью у масонов (при содействии Елены Соболевой), они охотно шли на контакт, рассказывали всякие заманчивые вещи, говорили о том, какое это замечательное международное братство, какая у «вольных каменщиков» солидарность, как помогают они тем, кто вступает к ним в ложи… И по прошествии многих лет, после того, как вышла наша книга, мне вновь пришлось разговаривать с этими же людьми, но уже совсем в другом контексте. И тогда мне напрямую сказали: «Юрий Юрьевич, неужели вы не понимали тогда, что мы вас приглашали к нам, убеждали вступить в ложу?». Воистину, велика сила русского простодушия!.. Я перепрыгнул через искушение, даже не поняв его смысла.

— Какие у вас творческие замыслы впереди?

— Работаю над книгой о демоническом влиянии на современную культуру. Книга будет называться характерно: «Бумагия». Тут бумага и магия объединены в общий неологизм. Мы знаем, что колдуны, сознательно подчинившие себя злым силам, должны быть постоянно в работе. То на корову соседа наведут порчу, то в храме затеют какую-нибудь склоку… Но когда их активность снижается, то бесы их начинают очень жестоко избивать. И уж если демонический мир не оставляет своим вниманием полуграмотную колдунью из полесской деревни, то неужели бесы оставят без внимания политика высокого уровня, сотрудника спецслужб, военачальника, сотрудника всемирной организации здравоохранения, писателя или артиста? Нет, конечно.

— Вас можно назвать конспирологом?

— Александр Гельевич Дугин ввел это слово в русский язык. И оно на удивление прижилось. Меня можно назвать Православным конспирологом. Моя работа состоит в том, чтобы по слову Христа тайное становилось явным. Эти слова Спасителя можно считать девизом нашей конспирологии. Просто конспирология открывает тайны (в том числе и тайны беззакония) чуть раньше, чем это бы открылось само и без нашей помощи.

С кем вы, мастера культуры?..


— Известный (и во многом риторический в то время) вопрос Горького: «С кем вы, мастера культуры?» — в вашем творчестве обретает не политический, но в первую очередь духовный смысл. С Богом или с дьяволом? У вас были книги о Горьком и о Булгакове. Чем вас привлекли личности этих непохожих друг на друга писателей?

Свет и тень причудливо преломляются в судьбе Михаила Булгакова.


— О Булгакове была у меня книга промежуточная. Она быстро пролетела одним тиражом. Называлась она так: «Неизвестный Булгаков». Влияние его великого таланта на современных людей очень сильно. Я считаю, что это влияние соблазнительное. И та же самая методика, которая используется мною в изучении других крупных мировых политических деятелей, писателей, применена и здесь. Почему впервые именно Байрон написал о Каине как о положительном герое? Да потому, что накопились у английского поэта родовые и личные грехи. Отца его звали «безумный лорд», а дедушка зарезал нескольких детей, чтобы получить их наследство… И у Булгакова в биографии выявляется немало темного…

— Как? Ведь его отец был профессором Киевской Духовной Академии…

— И тем не менее… Михаил Афанасьевич Булгаков накопил свои собственные грехи выше крыши. Вспомним о его наркомании… Можно проследить, как был вытеснен в его жизни бес наркомании каким-то еще более сильным злым духом (так чаще всего и «излечиваются» подобные рода недуги, а скорее не лечатся, но лишь вытесняются другой злой силой, еще более смертоносной). К слову, бес Азазель (Азазелло не случайно появляется на страницах «Мастера и Маргариты»!) — это демон трав и корней, который научил человечество использованию наркотических веществ. Но в судьбе самого Булгакова Азазель был вытеснен более могущественным демоном. Писателя передали тем силам, кто раздувал в нем гордыню, желание литературной славы… Ведь ему был дан от Бога первостепенный талант писателя! И это оценили темные силы… И сумели обратить на свои цели.

И вот до сих пор в «нехорошем доме» Булгакова происходят в день рождения писателя по сути своей антихристианские оргии, с криками приветствия сатане… Наша литература иногда порождала какие-то квазисекты. Были толстовцы, были рериховцы. А вот сейчас постепенно появляются и булгаковцы… Они уже на пути к тому, чтобы превратиться в сатанизированную секту.

А что касается грехов Михаила Афанасьевича… Понятно, что это одному Богу известно. Но есть факты, которые говорят о многом. Если человек, врач по профессии, делает своей жене аборт, убивает своими отцовскими руками первенца мужского пола, то один этот кровавый факт может сказать о многом. Кому приносится это жертвоприношение?

Не менее драматична судьба Горького. Он даже пытался покончить с собой… Всю жизнь хранил у себя «икону» сатаны, был высокопоставленным масоном. Горький и Пешков боролись в нем всю жизнь, противостояли друг другу. Горький — это не просто литературный псевдоним, это скорее новое инициатическое имя, которое влияло на жизнь писателя, влекло его на путь погибели. Но и Пешков тоже влиял на него… Заметим, когда бесноватые переговариваются, они себя и других называют по-всякому, иногда обидно, иногда какими-то простыми (но не своими) именами…

— А как относитесь вы к более близкому нам по времени, но тоже весьма противоречивому автору — Владимиру Высоцкому?

— В книге «Бумагия» есть небольшая глава и о нем. Та же самая шла в нем борьба… Вот такие он написал строки:

Меня опять ударило в озноб,
Грохочет сердце, словно в бочке камень.
Во мне живет мохнатый злобный жлоб
С мозолистыми цепкими руками.
Он ждет, когда закончу свой виток,
Моей рукою выведет он строчку,
И стану я расчетлив и жесток -
И всех продам гуртом и в одиночку


«Во мне два «я», два полюса планеты, два разных человека, два врага…»


— Страшные строки…

— Когда мне говорят, мол, вы не любите Булгакова, вы не любите Высоцкого, Есенина, я с этим не соглашаюсь. Я-то как раз люблю их. И потому не допускаю мысли, чтобы Есенин своей собственной волей русского Христианина написал богохульную поэму «Инония». Эту вещь он написал в состоянии одержимости. И вот об этом раздвоении талантливых людей я с болью пишу… За этих творцов идет страшная борьба. Люди, обладающие великими талантами, являются объектом особенно сильных нападок темных сил. В советское время они были не защищены церковной жизнью и падали жертвой, порой даже не понимая того, что же с ними на самом деле происходит… Хотя… Михаил Афанасьевич скорее всего это понимал и шел на сотрудничество с дьяволом сознательно. Наверное, не случайно вступил он в орден тамплиеров. Так что чему уж тут удивляться…

— С прошлой нашей встречи на Православной выставке в Самаре прошел уже год. Каким он был для вас, 2011-й?

— Этот год для меня стал годом духовной брани. Стал годом духовных атак на меня и на мою семью. Некоторые вещи, которые я воспринимал как некие умозрительные схемы, правильные, но стертые по своему смыслу слова — все это стало для меня наполняться горьким, но совершенно конкретным смыслом. Многое я почувствовал своей кожей. Мне не хотелось бы говорить конкретно о том, что пришлось пережить. Скажу лишь, что за этот год мне многое пришлось испытать. В конце интервью хочу попросить всех добрых людей молиться обо мне. Потому что «террорист номер ноль» при малейшей возможности наносит ответный удар.

— Помоги Вам Бог!

27 декабря 2011 г.
Записал Антон Жоголев